Pochemy.net - Электронная энциклопедия

Энциклопедия · Фотоблог · Новости проекта · Полезности · Гостевая книга
Случайная статья
Бангладеш
Бангладеш
Категория: Страны

Это интересно







Главная > Личности > Владимир Афанасьевич Обручев


Владимир Афанасьевич Обручев


Сталин решил подарить академикам дачи. Лапидарная формула «Сталин решил» в конце 40-х гг. имела силу закона природы. В сказочно короткий срок близ подмосковного Звенигорода, среди густого леса, вырос академический посёлок Мозжинка. Вдоль прорубленной по кругу просеки выстроились двухэтажные коттеджи.

Из коттеджа под номером 19 каждый день, утром и вечером, выходил невысокий седобородый старик и совершал прогулку по мозжинскому «кругу».

...Неспешно, задумавшись, шёл человек, чьё имя на географической карте носили горный хребет в Туве, пики в Горном Алтае и Хамар-Дабане (на границе России и Монголии), ледники в Монголии, Северо-Восточной Сибири и на Полярном Урале, вулканы в Забайкалье и на Камчатке, горы и ледники в Антарктиде. Шёл, постукивая палкой, автор знаменитых научно-фантастических книг «Плутония» и «Земля Санникова», переведённых на многие языки. По два километра триста метров проходил каждое утро и каждый вечер уже разменявший девятый десяток член и почётный член академий и научных обществ разных стран мира. Таких «мозжинских вёрст» в его жизни был не один десяток тысяч. Закончив утреннюю прогулку, садился за рабочий стол великий русский геолог, ставший легендарным при жизни, Владимир Афанасьевич Обручев.

Он родился в маленьком имении Клепенино около Ржева, на берегу Волги. Его отец был военным, участником Крымской войны и штурма Карса, мать — гувернантка младшей сестры отца. Тётка Владимира — Мария Александровна — стала первой русской женщиной, защитившей докторскую диссертацию по медицине (в швейцарском городе Цюрихе). О своих родственниках Владимир Афанасьевич с большой теплотой вспоминал в автобиографии — «Страницах моей жизни», — написанной незадолго до кончины.

В «Страницах» он рассказывал, что настойчивое желание стать путешественником привело его в Петербургский горный институт осенью 1881 г. Но на третьем курсе он вдруг засомневался в правильности выбора, ибо отчётливо проявилась в нём писательская жилка. В журнале «Вестник Европы» Обручев опубликовал несколько стихотворений, и редактор журнала настойчиво рекомендовал ему продолжать литературную работу. Он написал также рассказ «Море шумит», увидевший свет в журнале «Сын Отечества». Владимир решает оставить институт и целиком посвятить себя литературе. Кто знает, может, это и произошло бы, если бы не Иван Васильевич Мушкетов — выдающийся геолог. Под его руководством Владимир совершил свою первую геологическую экскурсию вдоль реки Волхов. Глубокие знания, фанатическая увлечённость профессией, неординарная личность Мушкетова произвели на Владимира столь сильное впечатление, что «влюблённость» в литературу уступила место новой зарождавшейся страсти: он твёрдо решил по окончании института стать геологом. Но и первое увлечение не прошло даром: спустя много лет Обручев станет одним из лучших писателей-фантастов страны.

К практической работе геолога он приступил в июле 1886 г. Перед ним были поставлены задачи изучения каракумских песков и разработки метода борьбы с движущимися песками. За описание результатов проделанной работы в статье «Пески и степи Закаспийской области» Русское географическое общество присудило Обручеву серебряную медаль, а имя автора получило известность среди геологов.
В 1892 г. Иван Васильевич Мушкетов рекомендовал своего ученика для участия в Централ ьноазиатской экспедиции, возглавлявшейся знаменитым землепроходцем Г.Н. Потаниным. Эта обширнейшая область Азии на долгие годы стала основной творческой лабораторией Владимира Афанасьевича.

Сын Обручева; Владимир, пошедший по стопам отца, составил обзорную карту его исследований в Азии. Она охватывает гигантскую территорию, включающую Восточную Сибирь и Забайкалье, Среднюю Азию и казахстанские степи, Монголию и значительную часть Китая. Пунктирные линии экспедиций протягиваются по малоизвестным или вообще неизученным в те времена районам. Последняя экспедиция Обручева состоялась в 1936—1937 гг.; она была посвящена изучению природных богатств Алтая.

Полвека экспедиционной деятельности — мало кто из крупнейших геологов и географов мира мог похвастать подобным «стажем». А сколько открытий — больших и малых, относящихся и к геологии, и к географии, и к палеонтологии, и к растительному и животному миру, — сделал Владимир Афанасьевич за долгие годы странствий; сколько дал исчерпывающих, ставших хрестоматийными описаний своих наблюдений — их и перечислить трудно. Да он и сам затруднился бы составить полный список своих деяний.

Пять основных проблем, которые интересовали его всю жизнь, перечисляет Обручев в «Страницах моей жизни».

Первая связана с происхождением лёсса (желтозёма) — горной породы, состоящей из мельчайших частиц глины, песка и углекислого кальция с различными примесями. Лёсс широко распространён, причём наиболее мощные его залежи встречаются в Китае. Происхождение лёсса вызывало много споров. Одни учёные считали, что он образуется благодаря переносу мелких продуктов выветривания дождями и водными потоками (струевая гипотеза). Другие полагали, что лёсс представляет собой речные осадки, которые отлагались в ледниковый период (водно-ледниковая гипотеза). По мнению третьих, лёсс переносился ветрами в виде пыли и откладывался главным образом в районах пустынь (эоловая гипотеза). Но никто не мог привести достаточно весомые доводы «за» или «против» того или иного предположения.

Обручев на протяжении десятилетий изучал отложения лёсса в разных областях Центральной Азии, прежде чем окончательно пришёл к чёткому выводу: лёсс, несомненно, эолового происхождения. В 1933 г. в работе «Проблема лёсса» он сформулировал 20 положений эоловой гипотезы, тем самым подведя итог многолетним дискуссиям.

Следующая проблема — древнее оледенение Сибири и Центральной Азии. Прежде вопрос о времени возникновения ледников не находил однозначного ответа. Геолог И.Д. Черский и климатолог А.И. Воейков вообще считали, что климат Восточной Сибири неблагоприятен для их образования. Мнения столь авторитетных учёных способствовали тому, что многие исследователи стали в принципе отрицать возможность древнего оледенения Сибири. Существование ледников они объясняли иными причинами.

Многочисленным естествоиспытателям не откажешь ни в глубоких знаниях, ни в умении наблюдать и обобщать, но они делали выводы на основании исследования ограниченного числа объектов. «Пунктиры» экспедиций Обручева протянулись в самые разные районы. Он видел следы древнего оледенения в различных районах Сибири и Китая, в Саянах и на Алтае; привлекал известные сведения о ледниках Урала и Таймыра. Он впервые применил системный подход к изучению проблемы оледенения, опровергнув вывод об отсутствии ледниковых и межледниковых эпох в Северной Азии.

Под номером три значится проблема тектоники — науки о строении и истории движения земной коры. Долгое время считалось, что главную роль в тектонических явлениях играют движения, приводящие к образованию складок, а различные разломы (сбросы и сдвиги) земной коры носят вторичный характер.

Исследования геологического строения Сибири дали Обручеву возможность в немалой степени изменить и эти представления.
Считалось, что рельеф поверхности Сибири очень древний. Эту точку зрения первоначально разделял и Обручев. И опять масштабы его исследований были таковы, что из количества наблюдений учёного родилось новое качество представлений: перемещения крупных участков (глыб) земной коры по разломам происходили в недавние геологические периоды, и этими «молодыми» перемещениями был сформирован современный рельеф не только Сибири, но и всей Азии. Обручев впервые ввёл в геологическую науку термин «неотектоника»: «Неотектоникой я предлагаю назвать структуры земной коры, созданные при самых молодых движениях, происходивших в конце третичного и в первой половине четвертичного периода». Учение Обручева о неотектонике дало новый импульс для изучения формирования рельефа земной поверхности.

Четвёртая проблема — геология месторождений золота. Механизм их образования и поныне относится к числу сложнейших вопросов геологической науки. Решением этой задачи активно занимался Обручев. Теоретические обобщения сделали возможным прогнозирование. Впоследствии многие прогнозы учёного оправдались: в Восточной Сибири были открыты новые золотоносные районы.

Обручев был одним из инициаторов изучения производительных сил России. В годы Великой Отечественной войны стало жизненно необходимым выявление новых месторождений важнейших полезных ископаемых. Находясь в эвакуации в
Свердловске (ныне Екатеринбург), он детально проанализировал данные о геологическом строении восточного склона Северного Урала и пришёл к выводу, что здесь имеются достаточные запасы железных, марганцевых и алюминиевых руд для обеспечения сырьём чёрной и цветной металлургии. Предвидения оправдались, и это был весомый вклад учёного в нашу победу.

«Древним теменем Азии» назвал австрийский геолог Эдуард Зюсс обширную систему горных хребтов юга Восточной Сибири. По его мнению, это было древнейшее (возникшее несколько миллиардов лет назад) ядро, вокруг которого постепенно формировался материк. К идее коллеги Обручев отнёсся с большим интересом. Так возникла пятая фундаментальная проблема его научного творчества, которую он назвал «древнее темя Азии». Обручев выдвинул и развил гипотезу о геологической истории «древнего темени», получившую всеобщее признание.

Всего лишь пять кратко перечисленных проблем, а как много внесло их решение в познание геологической истории Земли! Но это далеко не всё, чем занимался Обручев на протяжении своей долгой жизни. Ведь фактически не существует ни одного раздела геологии, который остался бы без внимания учёного.

Обручев оставил громадное научное наследие — более 2 тыс. печатных листов. И среди такого изобилия нет случайных работ — каждая содержала крупицу нового знания. И за каждой стоял большой труд. Вот он задумывает написать статью. Тщательно подбирает известные печатные и рукописные материалы, обрабатывает их, составляет краткие критические аннотации (т.е. характеристики книг, статей и т.п., излагающие их содержание и дающие оценку), делает наброски содержания будущей публикации — и только тогда приступает к основной работе. Он всегда с неодобрением относился к тем научным сочинениям, в которых было «больше воображений, чем соображений». В жизни Владимир Афанасьевич был обстоятельным, пунктуальным, заботливым. Сохранилось множество свидетельств того, как он помогал многим попавшим в беду друзьям, коллегам и ученикам.

Обручев оставил потомкам труд, подобного которому не сыскать во всей геологической литературе. Он приступил к нему ещё в 1889 г., когда начал работу в качестве геолога Иркутского горного управления. А завершил 60 лет спустя — всемирно известным учёным, академиком-секретарём Отделения геолого-географических наук Академии наук СССР, директором созданного им Института мерзлотоведения.

Труд называется «История геологического исследования Сибири». Непросто определить его жанр: правильнее всего назвать работу справочным и хроникально-историческим исследованием. «История» включает описание всех (за редчайшими исключениями) печатных работ, содержащих те или иные сведения по всему комплексу геологических наук, касающихся Сибири (вышедших с конца XVII в. до 1940 г.), более 13 тыс. рефератов (кратких изложений содержания) книг, статей, заметок, обширнейшую библиографию (перечень книг и публикаций). Впечатляет общий объём — 175 печатных листов. И всё это выполнено одним человеком.

Биографы Владимира Афанасьевича составили подробную хронологическую сводку дат его жизни и деятельности. В послужном списке нашли отражение все его путешествия, педагогическая и общественная деятельность. Он был профессором Томского технологического института, Таврического университета в Симферополе, Московской горной академии. Блестящий лектор — его лекции подкупали свежестью мысли, логическим построением и систематическим изложением материала. К лекциям он готовился столь же тщательно, как и к написанию своих работ. Курсы его лекций впоследствии издавались в виде пособий, по которым училось предвоенное поколение отечественных геологов. Каждый крупный учёный, как правило, создаёт свою научную школу, которая продолжает и развивает начатое им дело. К школе же Обручева так или иначе причастен любой геолог России и СССР в XX столетии.

Истинный учёный, Обручев не отстранялся от общественной деятельности. Правда, он не стремился занимать руководящие посты в государственных и общественных организациях. Но при этом всегда оставался патриотом своей страны в самые трудные для неё годы, непосредственным участием и советами помогал осваивать её природные богатства. Сколь современно звучат его слова: «Страна наша велика и обильна; пора умело использовать это обилие».

С тех пор как не стало Владимира Афанасьевича Обручева, опубликовано несколько книг и более полутысячи статей, посвященных его жизненному пути и творческой деятельности.

В историю мировой науки он вошёл навсегда. Его имя будет одним из первых, которое услышит юный студент-геолог на своей первой лекции.
Ибо жизнь и творчество Обручева являют собой Пример.

...Многие видели кинофильм «Земля Санникова», поставленный по мотивам его книги с тем же названием. И слышали с экрана тревожную задушевную песню. В ней есть такие слова: «Есть только миг между прошлым и будущим, именно он называется жизнь». Мало кто прожил отпущенный ему «миг» так же полно и ярко, как Обручев.



Постоянная ссылка на страницу: http://pochemy.net/?n=1610